Телефон на сиденье вагона метро. Кошелёк на столике в кафе, за которым только что никто не сидел. Наушники в примерочной. Человек забирает вещь — иногда чтобы вернуть позже, иногда просто не задумываясь, — а через две недели получает повестку из полиции.
В корейском праве у этого действия нет одной готовой квалификации. Оно может оказаться присвоением имущества, выбывшего из владения (ст. 360 УК Кореи), а может — кражей (ст. 329). Разница между двумя статьями не сводится к строгости санкции: у одной из них в законе вообще нет альтернативы лишению свободы, и для иностранца именно это определяет судьбу статуса пребывания.
Коротко о главном
Граница между «нашёл» и «украл» проходит по владению: если вещь уже находится во владении администратора помещения или перевозчика, её изъятие оценивается как кража, а не как присвоение находки.
Санкции различаются принципиально: ст. 360 УК Кореи допускает денежный штраф, ст. 329 — тоже, а ст. 330 и ст. 331 не предусматривают штрафа вовсе.
Закон об утерянном имуществе возлагает на нашедшего обязанность вернуть вещь или сдать её (ст. 1 ч. 1), а в помещениях и транспорте с администратором — передать её этому администратору (ст. 10 ч. 1).
Покушение по этой группе составов наказуемо (ст. 342), а систематичность влечёт увеличение наказания (ст. 332).
Для иностранца значение имеет не столько срок, сколько вид назначенного наказания: с ним связан отдельный иммиграционный этап (ст. 46 ч. 1 п. 13 Закона об иммиграционном контроле).
Где проходит граница между «нашёл» и «украл»
Ситуация, на которой корейские суды разбирали этот вопрос, выглядела обыденно. Пассажир вышел из вагона метро, оставив свою вещь на полу или на полке над сиденьями. Другой пассажир заметил её и забрал. Обвинение было предъявлено как за кражу.
Верховный суд с такой квалификацией не согласился — и объяснил, почему. Машинист или иной работник метрополитена, будучи по Закону об утерянном имуществе лицом, управляющим вагоном, обладает лишь правомочием принять утерянную вещь, но не владеет вещами пассажиров, находящимися внутри вагона. Пока работник фактически не обнаружил вещь, его владение ею не началось. Значит, в этот промежуток вещь никому не принадлежит во владельческом смысле — и её изъятие может образовывать присвоение имущества, выбывшего из владения, но не кражу.
Обстоятельства дела изложены в обобщённом виде на основе опубликованного судебного акта; это не дело нашего бюро и не описание конкретного клиента.
Решение Верховного суда Кореи от 26 ноября 1999 г. по делу № 99До3963
«Если лицо забрало вещь, оставленную сошедшим пассажиром на полу вагона метро или на полке над сиденьями, то работник метрополитена, являясь по Закону об утерянном имуществе управляющим вагоном, обладает лишь правомочием принять утерянную пассажиром вещь и не может считаться владеющим вещами пассажиров, находящимися внутри вагона; пока он фактически не обнаружил такую утерянную вещь, нельзя признать, что он начал владеть ею. Поэтому действия по обнаружению и изъятию такой утерянной вещи в этот период могут образовывать состав присвоения имущества, выбывшего из владения, но не образуют состава кражи.»
Из этого следует обратный вывод, который на практике оказывается куда важнее. Там, где владение уже началось — вещь обнаружена персоналом, передана администратору, убрана в стол находок, — забравший её человек имеет дело не со ст. 360, а со ст. 329. Внешне действие то же самое. Правовая оценка — другая.
Место и момент здесь значат больше, чем намерение, о котором человек рассказывает следствию. Вагон метро, улица, лестничная площадка многоквартирного дома, торговый зал магазина, кабинет в офисе — все эти пространства по-разному отвечают на вопрос, кто владел вещью в тот момент, когда её взяли. Ответ на этот вопрос и определяет статью.
Находка по корейскому закону — это обязанность, а не право
Расхожее представление «нашёл — значит моё, пока никто не спросил» корейскому закону прямо противоречит. Нашедший чужую утерянную вещь обязан незамедлительно вернуть её потерявшему, собственнику или иному лицу, имеющему право требовать возврата, либо сдать её в полицейский участок (ст. 1 ч. 1 Закона об утерянном имуществе). Для предметов, оборот которых запрещён законом либо которые признаны использованными при совершении преступления, предусмотрена только сдача в полицию.
Отдельное правило действует для закрытых пространств. Если вещь найдена на судне, в транспортном средстве, в здании или ином помещении, где есть управляющий и куда закрыт свободный проход посторонних, нашедший обязан передать её этому управляющему (ст. 10 ч. 1). При этом нашедшим по закону считается владелец помещения или транспортного средства, а фактически обнаруживший вещь человек делит с ним вознаграждение и право на приобретение собственности (ст. 10 ч. 2–4).
Закон распространяет эти правила и на вещи, которые никто не терял в буквальном смысле: к предметам, взятым по ошибке, и к вещам, оставленным другим лицом, применяются те же нормы и ст. 253 Гражданского кодекса (ст. 12). Забытый на столе кафе телефон попадает в этот режим.
Система при этом не построена на одном лишь принуждении. Лицо, получающее вещь обратно, обязано выплатить нашедшему вознаграждение в размере от 5 до 20 процентов стоимости вещи (ст. 4). Но эти права теряются: тот, кто был наказан за присвоение найденного, и тот, кто в течение семи дней с момента находки не совершил предусмотренных законом действий, утрачивает и право на вознаграждение, и право приобрести вещь в собственность (ст. 9).
Практический смысл ст. 9 в другом. Она показывает, что закон отсчитывает время с момента находки, а не с момента, когда человек решил, как поступить. Расчёт «подержу пару недель, потом верну, если начнут искать» этой конструкцией не поддерживается.
Кража в Корее: наказание и почему квалификация решает всё
Санкции по этой группе составов различаются не постепенно, а ступенчато — и главный разрыв проходит не по длительности срока, а по наличию либо отсутствию денежного штрафа в самой норме.
| Состав | Норма | Наказание по закону | Штраф предусмотрен |
|---|---|---|---|
| Присвоение имущества, выбывшего из владения (в том числе находки) | ст. 360 ч. 1 | лишение свободы до 1 года, либо штраф до 3 млн вон, либо денежное взыскание | да |
| Кража | ст. 329 | лишение свободы до 6 лет либо штраф до 10 млн вон | да |
| Кража с проникновением в жилое или иное охраняемое помещение в ночное время | ст. 330 | лишение свободы до 10 лет | нет |
| Квалифицированная кража: ночное проникновение с повреждением преграды; ношение оружия; совершение двумя и более лицами совместно | ст. 331 ч. 1, ч. 2 | лишение свободы от 1 года до 10 лет | нет |
| Систематическое совершение деяний, предусмотренных ст. 329–331-2 | ст. 332 | наказание, установленное соответствующей статьёй, увеличивается наполовину | зависит от базовой статьи |
| Покушение | ст. 342 | наказуемо по ст. 329–341 | зависит от базовой статьи |
Строка про ст. 331 ч. 2 заслуживает отдельного внимания, потому что попасть в неё проще, чем кажется. Совместное совершение деяния двумя лицами — это не организованная группа и не заранее продуманный план; достаточно того, что двое действовали вместе. Компания знакомых, зашедшая куда-то вместе и вынесшая чужую вещь, оказывается в норме, где закон не оставил суду возможности назначить штраф.
Стоимость вещи в тексте самих статей не фигурирует вовсе. Дешёвый предмет не переводит деяние в другой состав и не выводит его за пределы уголовного закона.
Почему для иностранца важен вид наказания, а не его длительность
Гражданин Кореи, получив по такому делу штраф, закрывает вопрос уплатой. У иностранца после уголовного дела остаётся второй, самостоятельный этап — иммиграционный, и работает он по другим правилам.
Руководитель регионального органа иммиграционного контроля вправе принудительно выдворить за пределы страны иностранца, освобождённого после назначения ему наказания в виде лишения свободы или содержания в тюрьме без принудительного труда (ст. 46 ч. 1 п. 13 Закона об иммиграционном контроле). Формулировка закона — «вправе», а не «обязан»: автоматизма здесь нет, решение принимает компетентный орган с учётом обстоятельств. Но именно вид наказания открывает или не открывает эту дверь, и потому разница между статьёй со штрафом и статьёй без штрафа перестаёт быть теоретической.
Информация об иностранце попадает в иммиграционный орган не по его собственной инициативе. Государственные и муниципальные служащие, обнаружившие при исполнении обязанностей лицо, подпадающее под один из пунктов ст. 46 ч. 1, обязаны без промедления сообщить об этом (ст. 84 ч. 1, с ограниченными исключениями, установленными указом). Учреждения исполнения наказаний обязаны уведомить об освобождении такого иностранца (ст. 84 ч. 2 п. 1).
Есть и более отдалённое последствие. Иностранцу, выехавшему из страны по решению о принудительном выдворении, въезд может быть закрыт в течение пяти лет с момента выезда (ст. 11 ч. 1 п. 6). Отдельным основанием для отказа во въезде названа обоснованная вероятность действий, нарушающих экономический или общественный порядок (ст. 11 ч. 1 п. 4). Подробнее об этой стадии — в материале о принудительном выдворении и его обжаловании, а о том, как оценивается условное осуждение, — здесь.
Что чаще всего недооценивают
Первое — скорость. Записи камер, история включений устройства, данные о перемещении вещи собираются задолго до первого вызова человека. К моменту, когда он впервые слышит слово «кража», картина событий уже описана без его участия.
Второе — объяснение «я собирался вернуть». Оно звучит убедительно для того, кто его произносит, но с точки зрения закона относится к внутренней стороне деяния, которая устанавливается по внешним обстоятельствам, а не по словам. Это же объяснение, данное на разных стадиях в разных формулировках, начинает работать против говорящего.
Третье — язык. Допрос ведётся по-корейски, а протокол на корейском языке становится документом дела. Расхождение между тем, что человек имел в виду, и тем, что зафиксировано, обнаруживается позже — когда исправить его уже сложно.
Четвёртое — представление о «мелочи». Дело о наушниках и дело о ноутбуке проходят одну и ту же процедуру, и для статуса пребывания последствия определяются не суммой ущерба, а видом назначенного наказания. О более общем контексте уголовной защиты иностранцев мы пишем на странице о ведении уголовных дел, а о первых часах после задержания — в материале о первых 48 часах.
Почему такие дела ведут вместе с юристом
Основная работа в этой категории дел приходится не на спор о фактах — их обычно немного и они зафиксированы, — а на правовую оценку: во владении кого находилась вещь, в какой момент, и какая норма из перечисленных подлежит применению. От ответа зависит не только санкция, но и то, откроется ли впоследствии иммиграционный этап. Оценка эта делается по обстоятельствам конкретного случая и вне их не имеет смысла.
Если вас вызвали в полицию по такому делу или вы уже получили уведомление, имеет смысл заранее понять, о какой статье идёт речь и какие сроки уже идут. Мы отвечаем на русском языке. Фиксированного прайс-листа на сайте нет: объём работы по уголовному делу заметно различается в зависимости от стадии и обстоятельств, и определить его можно только после разговора.
Консультация в WhatsAppНаписать в Telegram
Часто задаваемые вопросы
Я нашёл телефон на улице и забрал его. Это преступление в Корее?
Закон об утерянном имуществе обязывает нашедшего незамедлительно вернуть вещь потерявшему, собственнику или иному управомоченному лицу либо сдать её в полицейский участок (ст. 1 ч. 1). Невыполнение этой обязанности может быть оценено как присвоение имущества, выбывшего из владения, — лишение свободы до 1 года, либо штраф до 3 млн вон, либо денежное взыскание (ст. 360 ч. 1 УК Кореи). Итоговая квалификация зависит от обстоятельств конкретного случая.
Чем присвоение находки отличается от кражи?
Различие проходит по владению вещью в момент её изъятия. Верховный суд Кореи в решении от 26 ноября 1999 г. по делу № 99До3963 указал, что работник метрополитена, будучи управляющим вагоном, обладает лишь правомочием принять утерянную вещь и не владеет вещами пассажиров внутри вагона, а до фактического обнаружения вещи его владение не начинается; поэтому изъятие такой вещи в этот период может образовывать присвоение имущества, выбывшего из владения, но не кражу. Если же владение администратора уже началось, применяется ст. 329.
Вещь была найдена в магазине или в кафе — это меняет дело?
Да, режим иной. При обнаружении вещи на судне, в транспортном средстве, в здании или ином помещении, имеющем управляющего и закрытом для свободного прохода посторонних, нашедший обязан передать вещь этому управляющему (ст. 10 ч. 1 Закона об утерянном имуществе), а нашедшим по закону считается владелец такого помещения или транспортного средства (ст. 10 ч. 2). Те же правила применяются к вещам, оставленным другим лицом, и к предметам, взятым по ошибке (ст. 12).
Стоимость вещи была небольшой. Наказание будет мягче?
Стоимость вещи в диспозициях ст. 329, 330, 331 и 360 УК Кореи не указана и сама по себе не переводит деяние в другой состав. При этом ст. 330 и ст. 331 не предусматривают денежного штрафа вовсе, а совершение деяния двумя и более лицами совместно подпадает под ст. 331 ч. 2. Систематичность влечёт увеличение наказания наполовину (ст. 332), покушение наказуемо (ст. 342).
Если назначат наказание, придётся ли покинуть Корею?
Это решается отдельно от уголовного дела. Иностранец, освобождённый после назначения наказания в виде лишения свободы или содержания в тюрьме без принудительного труда, может быть подвергнут принудительному выдворению (ст. 46 ч. 1 п. 13 Закона об иммиграционном контроле) — закон говорит «вправе», решение принимает компетентный орган. Учреждение обязано уведомить иммиграционный орган об освобождении (ст. 84 ч. 2 п. 1). После выезда по решению о выдворении въезд может быть закрыт в течение пяти лет (ст. 11 ч. 1 п. 6).
Настоящий материал носит общий информационный характер, отражает состояние законодательства на дату публикации и не является юридической консультацией по конкретному делу. Оценка ситуации возможна только с учётом её обстоятельств.
