Растрата и злоупотребление доверием в Корее: уголовная ответственность иностранца

Растрата и злоупотребление доверием в Корее (по-корейски — 횡령 и 배임) — одно из тех обвинений, которые застают иностранца врасплох. Чаще всего вопрос возникает на работе при сверке кассы и отчётности, во время налоговой проверки или при разделе средств в совместном бизнесе. Сотрудник или партнёр, распоряжавшийся деньгами, неожиданно оказывается подозреваемым, а другая сторона задумывается о подаче заявления в полицию. Внешне эти два состава похожи на одно и то же «хищение», но различаются и по признакам, и по тяжести наказания, а от того, какой именно состав вменяется, полностью зависит направление защиты. (Приведённые ниже ситуации — обобщённые примеры для пояснения норм, а не дело конкретного клиента.)

Ниже разобрано, чем растрата отличается от злоупотребления доверием, что означает «должностное» совершение деяния и как определяется размер наказания. При этом квалификация одного и того же распоряжения средствами — растрата это, злоупотребление доверием или вообще не преступление — сильно зависит от полномочий по распоряжению, характера средств и наличия ущерба, поэтому в реальном деле всегда требуется отдельная проверка.

Чем растрата отличается от злоупотребления доверием

Оба деяния состоят в том, что лицо, злоупотребив доверием, причиняет вред чужому имуществу, но субъект и объект у них разные. Растрата (присвоение) образуется, когда «лицо, хранящее чужое имущество», обращает это имущество в свою пользу или отказывается его вернуть (статья 355, часть 1 Уголовного кодекса). Злоупотребление доверием образуется, когда «лицо, ведущее чужие дела», действиями вопреки своим обязанностям получает имущественную выгоду или предоставляет её третьему лицу, причиняя доверителю ущерб (часть 2 той же статьи).

На практике разграничение начинается с объекта. Если речь идёт о конкретном, определённом имуществе — деньгах компании, товаре, — это, как правило, растрата; если же о не сводящейся к конкретной вещи имущественной выгоде в целом — злоупотребление доверием. Например, изъятие денег с вверенного счёта компании для личных нужд скорее образует растрату, а заключение заведомо невыгодного для компании договора, по которому выгода переходит контрагенту, — злоупотребление доверием. При этом одно и то же действие нередко соприкасается с обоими составами, и сам вопрос о том, по какой статье квалифицировать содеянное, становится предметом спора.

Не всякое нарушение договора образует злоупотребление доверием

В делах о злоупотреблении доверием чаще всего спорят о том, является ли лицо «ведущим чужие дела». Верховный суд Кореи в решении от 14 ноября 2024 года (2024도13000) подтвердил, что для признания лица «ведущим чужие дела» отношения сторон по своему типичному, существенному содержанию должны выходить за рамки обычного встречного интереса по сделке и предполагать защиту или управление чужим имуществом на основе доверительных отношений. Того, что должник при добросовестном исполнении обязательства приносит выгоду другой стороне, или что при исполнении договора существует побочная обязанность учитывать интересы контрагента, для этого недостаточно: субъектом злоупотребления доверием лицо становится лишь тогда, когда существо договора, как при поручении, состоит в ведении имущественных дел другого лица с определёнными полномочиями.

Этот вывод важен для обеих сторон. То, что сделка сорвалась и возник убыток, само по себе ещё не означает злоупотребления доверием: простое неисполнение обязательства — это вопрос гражданско-правовой ответственности, и его следует отличать от уголовного состава. И наоборот, если человек управлял чужим имуществом на основе доверительных отношений, его выход за пределы предоставленных полномочий может быть оценён как злоупотребление доверием.

Должностное совершение и умысел на присвоение — ключ к составу

«Должностные» растрата и злоупотребление доверием наказываются строже обычных. Если деяние, предусмотренное статьёй 355, совершено в нарушение профессиональных обязанностей, применяется статья 356 Уголовного кодекса с повышенным наказанием. Под «профессиональной обязанностью» здесь понимается положение, в силу которого лицо по своей работе или должности хранит чужое имущество либо ведёт чужие дела, — типично это финансовые работники и руководители компании, а также лица, которым средства переданы в управление.

Второй ключевой момент при растрате — умысел на неправомерное обращение имущества в свою пользу (불법영득의사). Если вверенные средства израсходованы вне установленного назначения по собственному усмотрению, то, по последовательной позиции Верховного суда, даже наличие намерения вернуть их позднее само по себе не исключает этого умысла, и состав растраты может образоваться. Напротив, средства, израсходованные в пределах законных полномочий и по назначению, растратой не являются. В итоге разграничительной чертой служит не сам факт «движения денег», а то, было ли распоряжение самовольным, без полномочий. Эта оценка строится на совокупности обстоятельств — характере средств, полномочиях по их утверждению и расходованию, порядке бухгалтерского оформления, — и однозначных выводов не допускает.

Какое наказание грозит — Уголовный кодекс и Закон об экономических преступлениях

Размер наказания возрастает ступенчато — в зависимости от того, простое это деяние или должностное, и какова сумма извлечённой выгоды. Общую структуру показывает таблица ниже.

Как видно, сумма выгоды в 500 миллионов вон — рубеж, за которым меняются и применяемый закон, и наказание, поэтому то, как исчисляются убыток и выгода, во многом определяет «вес» дела. Покушение на растрату и злоупотребление доверием также наказуемо (статья 359 Уголовного кодекса), а в делах с крупной суммой выгоды возможности смягчения за счёт признания вины или примирения ограничены.

Когда в деле участвует иностранец

Реальные дела редко укладываются в таблицу так же аккуратно. Одно и то же распоряжение средствами компания склонна считать растратой, а сам человек — правомерным исполнением своих обязанностей; фактические обстоятельства оказываются предметом острого спора. В совместном бизнесе спорят о принадлежности вкладов и прибыли и о том, было ли согласие на использование средств; нередко размыта и граница между средствами юридического лица и личными деньгами. Такие дела проясняются только при совместном анализе бухгалтерских данных, движения по счетам и внутренних документов, и по мере привлечения экспертных оценок процесс часто затягивается.

Для иностранного работника или компании с иностранным капиталом добавляется ещё одно измерение: помимо самого уголовного наказания, исход дела может отразиться на статусе пребывания. Это, однако, вопрос усмотрения иммиграционных органов, а не автоматическое следствие приговора, и степень влияния зависит от вида и размера наказания, типа визы и обстоятельств дела. Поэтому уголовную защиту и вопросы пребывания разумнее рассматривать вместе. Для иностранца дополнительной сложностью становятся и язык, и незнание корейской процедуры, из-за чего значение приобретает то, насколько верно с самого начала выстроена позиция по фактам.

Почему каждое дело требует отдельного анализа

Как показано выше, в делах о растрате и злоупотреблении доверием накладываются друг на друга сразу несколько оценок: является ли объект конкретным имуществом или выгодой; занимало ли лицо положение хранителя имущества или лица, ведущего чужие дела; есть ли умысел на присвоение либо нарушение обязанностей и ущерб; превышает ли сумма выгоды порог усиленного наказания. От сочетания этих факторов результат меняется от дела к делу, а потому общие правила не позволяют предсказать исход конкретной ситуации.

Если вы рассматриваете возможность подать заявление в связи со спором о средствах компании или совместного бизнеса либо, напротив, получили вызов в связи с подозрением в растрате или злоупотреблении доверием, можно начать с того, чтобы изложить основные факты на русском языке. Юридическое бюро Yeohae консультирует иностранцев по уголовным делам в Корее по телефону, в WhatsApp и Telegram.

Подробнее об уголовной защите иностранцев — на странице «Уголовные дела в Корее».

WhatsApp
 · 
Telegram

Часто задаваемые вопросы

В чём разница между присвоением/растратой (횡령) и злоупотреблением доверием (배임) в Корее?

Присвоение или растрата (횡령) совершается «лицом, хранящим чужое имущество», когда оно распоряжается этим имуществом как своим или отказывается его вернуть. Злоупотребление доверием (배임) совершается «лицом, ведущим чужие дела», когда оно действиями вопреки своим обязанностям получает имущественную выгоду или предоставляет её третьему лицу, причиняя ущерб доверителю. Основной критерий разграничения — объект: если речь идёт о конкретном вверенном имуществе, это растрата; если об имущественной выгоде в целом — злоупотребление доверием.

Насколько строго наказываются должностные растрата и злоупотребление доверием?

Простые растрата и злоупотребление доверием наказываются лишением свободы на срок до 5 лет либо штрафом до 15 миллионов вон (статья 355 Уголовного кодекса). Если деяние совершено в нарушение профессиональных (должностных) обязанностей, наказание возрастает до 10 лет лишения свободы или штрафа до 30 миллионов вон (статья 356). Кроме того, если сумма извлечённой выгоды составляет 500 миллионов вон и более, по статье 3 Закона об усиленном наказании за отдельные экономические преступления наказание ужесточается, а штраф может назначаться дополнительно.

Если я взял деньги компании на время и собирался вернуть — это уже растрата?

Так однозначно утверждать нельзя, но и исключать растрату тоже. Если вверенные средства компании использованы вне установленного назначения по собственному усмотрению, то, по последовательной позиции Верховного суда Кореи, наличие намерения вернуть деньги позже само по себе не исключает умысла на неправомерное обращение имущества в свою пользу, и состав растраты может образоваться. Напротив, расходование средств в пределах полномочий и по назначению растратой не является. Решающим становится не сам факт движения денег, а то, было ли распоряжение самовольным; это оценивается по всей совокупности обстоятельств.

Как обвинение в растрате или злоупотреблении доверием может повлиять на пребывание иностранца в Корее?

Исход уголовного дела может стать одним из оснований, которые иммиграционная служба учитывает при решении вопросов о пребывании иностранца, однако это вопрос усмотрения, а не автоматическое последствие приговора. Степень влияния зависит от вида и размера наказания, типа визы и конкретных обстоятельств, и риск, как правило, выше при назначении наказания в виде лишения свободы. Поэтому уголовную защиту и вопросы статуса пребывания разумно оценивать вместе, с учётом конкретного дела.

Адвокат Ким Пхён Хо (Pyoung-ho Kim), Юридическое бюро Yeohae · Адвокат Республики Корея, сдал государственный судебный экзамен, окончил Институт подготовки судей и прокуроров (43-й выпуск). Лауреат премии «Лучший адвокат» 2021 года. С 2014 года провёл более 500 дел в различных областях права (гражданские, уголовные, семейные).

Настоящая статья носит общий информационный характер и не является юридической консультацией по конкретному делу. Квалификация растраты или злоупотребления доверием и исход дела зависят от индивидуальных обстоятельств и доказательств, поэтому конкретные действия следует определять после консультации с адвокатом.