Приговор с реальным лишением свободы для иностранца в Корее означает не только срок. Он означает срок в стране, где родные находятся за тысячи километров, свидания редки, а язык учреждения — корейский. Первый вопрос, который задают семьи, звучит почти всегда одинаково: можно ли отбывать наказание дома и можно ли выйти раньше.
Оба пути в корейском праве существуют. Передача осуждённого из Кореи на родину регулируется отдельным законом — Законом о международной передаче осуждённых (국제수형자이송법), а досрочное освобождение — статьями 72–76 УК Кореи. Но ни один из них не является правом осуждённого: оба решения дискреционные, оба зависят от условий, которые складываются задолго до их рассмотрения, и один из них после подтверждения нельзя отменить. Ниже — что именно требуется по закону, от чего зависит исход и почему решающие обстоятельства формируются ещё до вступления приговора в силу.
Коротко о главном
Передача на родину возможна только при наличии договора между Кореей и государством гражданства (ст. 3 Закона о международной передаче осуждённых).
Требуются: наказуемость деяния по праву обоих государств, вступивший в силу приговор, согласие самого осуждённого и полное исполнение назначенных вместе с лишением свободы штрафа, конфискации или взыскания (ст. 23 ч. 1).
Согласие на передачу после его подтверждения отозвать нельзя (ст. 23 ч. 3).
УДО в Корее возможно после отбытия трети срока при срочном лишении свободы и 20 лет при пожизненном — но это решение администрации, а не автоматическое право (ст. 72 ч. 1 УК).
Освобождение — не конец истории со статусом: лицо, осуждённое к наказанию не ниже тюремного заключения и освобождённое, отнесено к числу подлежащих выдворению (ст. 46 ч. 1 п. 13 Закона об иммиграционном контроле).
Передача на родину: почему всё начинается с договора
Закон о международной передаче осуждённых регулирует два направления: ввоз в Корею граждан Кореи, отбывающих наказание за рубежом, и вывоз из Кореи иностранцев, осуждённых корейским судом (ст. 2). Для иностранца в корейском учреждении речь идёт о втором — о так называемой передаче за рубеж.
Первое ограничение является и самым жёстким. Статья 3 закона устанавливает, что передача осуществляется только при наличии между Кореей и соответствующим государством договора или соглашения, и при расхождении между законом и договором применяется договор. Корея участвует в многосторонней Конвенции о передаче осуждённых лиц, открытой не только для государств Совета Европы, и имеет ряд двусторонних договорённостей. Однако участие конкретного государства в такой конвенции и действие договорных отношений на конкретную дату — вопрос, который меняется со временем и проверяется отдельно по каждому гражданству. Само определение «иностранца» в законе привязано к гражданству государства, с которым договор заключён (ст. 2 п. 5): при отсутствии договорной связи механизм не применяется вовсе, независимо от обстоятельств дела.
Второе ограничение касается содержания приговора. Требуется, чтобы деяние, за которое назначено наказание в Корее, признавалось преступлением и по праву государства гражданства, чтобы приговор вступил в силу и чтобы осуждённый дал согласие. Отдельным условием указано: если наряду с лишением свободы назначены штраф, денежное взыскание, конфискация или взыскание в доход государства, их исполнение должно быть завершено либо принято решение о том, что оно производиться не будет (ст. 23 ч. 1 п. 4). На практике именно этот пункт чаще всего оказывается препятствием в делах, где помимо срока назначено взыскание значительных сумм.
Третье — и наименее очевидное — согласие осуждённого подтверждается письменно, и закон прямо обязывает разъяснить ему, что после подтверждения отзыв согласия не допускается (ст. 23 ч. 2 и 3). Это решение принимается один раз и обратного хода не имеет, при том что человек в этот момент, как правило, не знает точно, как назначенное в Корее наказание будет исполняться на родине.
Решение принимает министр, а не заявитель
Даже при выполнении всех условий передача не следует автоматически. Статья 25 ч. 1 закона перечисляет, что учитывается: безопасность и поддержание порядка в Республике Корея, общественный интерес, исправление осуждённого и лёгкость его социальной реинтеграции, возможность его повторного въезда в Корею, а также необходимость расследования или судебного разбирательства по другим делам внутри страны. Только при признании передачи необходимой министр юстиции обращается к иностранному государству или принимает его обращение.
Формулировка «возможность повторного въезда» заслуживает отдельного внимания: перспективы человека вернуться в Корею оцениваются не после освобождения, а уже на этой стадии. А упоминание других дел означает, что при незакрытых производствах вопрос откладывается.
Закон предусматривает и обязанность администрации: при поступлении иностранца в учреждение для исполнения вступившего в силу приговора начальник учреждения обязан разъяснить положения, предусмотренные договором (ст. 22). Кроме того, для проверки согласия на передачу консульским должностным лицам государства гражданства должно быть разрешено свидание с осуждённым (ст. 24). То есть информирование предусмотрено — но объём и своевременность разъяснений на практике различаются, а решение о согласии от этого зависит напрямую.
Если передача состоялась, назначенное в Корее наказание считается исполненным с момента окончания исполнения соответствующего наказания за рубежом (ст. 29). Дальнейшие вопросы — условия содержания, досрочное освобождение, помилование — решаются уже по праву принимающего государства, а не Кореи.
Досрочное освобождение: сроки считаются от того, что назначил суд
Второй путь — условно-досрочное освобождение. Статья 72 ч. 1 УК Кореи допускает его в отношении лица, отбывающего лишение свободы, при хорошем поведении и явном раскаянии: при пожизненном наказании — по истечении 20 лет, при срочном — по истечении трети назначенного срока. Часть 2 той же статьи добавляет условие: если вместе с лишением свободы назначены штраф или денежное взыскание, соответствующая сумма должна быть уплачена полностью.
Отбытие трети срока не означает освобождения — оно означает лишь, что вопрос может быть поставлен. Начальник учреждения обращается в Комиссию по рассмотрению вопросов условно-досрочного освобождения при Министерстве юстиции (ст. 119, ст. 121 ч. 1 Закона об исполнении наказаний и обращении с заключёнными). Комиссия оценивает возраст, мотив преступления, состав, срок, поведение при отбывании, состояние здоровья, способность обеспечить себя после освобождения, условия жизни, риск повторного совершения преступления и иные обстоятельства (ст. 121 ч. 2). При положительном решении комиссия обращается к министру юстиции, который может дать разрешение (ст. 122).
Обратите внимание на глагол: «может». Ни одна из норм не обязывает освободить. Кроме того, освобождённый находится под надзором в течение периода УДО, если орган, давший разрешение, не признает надзор излишним (ст. 73-2 ч. 2 УК); осуждение за умышленное преступление к наказанию не ниже тюремного заключения в этот период лишает решение силы (ст. 74), а нарушение установленных обязанностей позволяет его отменить (ст. 75). Только истечение срока УДО без отмены и утраты силы влечёт признание наказания отбытым (ст. 76 ч. 1).
Для иностранца ключевым здесь оказывается арифметика, заложенная в приговоре. Треть считается от срока, назначенного судом: разница в шесть месяцев в приговоре — это разница в два месяца в самой ранней возможной дате рассмотрения вопроса. А перечисленные комиссией критерии — условия жизни после освобождения, способность обеспечить себя — у человека без действующего статуса пребывания и без работы в Корее выглядят иначе, чем у местного жителя.
| Передача на родину | УДО в Корее | |
|---|---|---|
| Правовая основа | Закон о международной передаче осуждённых + договор | Ст. 72–76 УК Кореи, ст. 119–122 Закона об исполнении наказаний |
| Базовое условие | Наличие договора с государством гражданства (ст. 3) | Отбытие трети срока; 20 лет при пожизненном (ст. 72 ч. 1) |
| Денежные взыскания | Исполнение штрафа, конфискации, взыскания должно быть завершено (ст. 23 ч. 1 п. 4) | Штраф и денежное взыскание должны быть уплачены полностью (ст. 72 ч. 2) |
| Согласие осуждённого | Обязательно; после подтверждения не отзывается (ст. 23 ч. 2, 3) | Не требуется как отдельное условие |
| Кто решает | Министр юстиции по совокупности критериев (ст. 25 ч. 1) | Комиссия, затем министр юстиции (ст. 121, 122) |
| После освобождения | Дальнейшее исполнение — по праву принимающего государства (ст. 29) | Надзор в период УДО; отмена при нарушениях (ст. 73-2, 74, 75 УК) |
Освобождение и статус пребывания — разные вопросы
Выход из учреждения не восстанавливает положение, каким оно было до дела. Закон об иммиграционном контроле относит к подлежащим выдворению лиц, осуждённых к наказанию не ниже тюремного заключения и освобождённых (ст. 46 ч. 1 п. 13). Более того, на администрацию учреждения возложена обязанность безотлагательно уведомить иммиграционный орган, когда принято решение об освобождении по отбытии срока, приостановлении исполнения или иному основанию (ст. 84 ч. 2 п. 1). Иными словами, дата освобождения известна иммиграционной службе заранее.
Это не означает, что выдворение наступает само собой: норма сформулирована как возможность, и решение принимается с учётом обстоятельств. Но рассчитывать на то, что вопрос не возникнет, оснований нет. Значение имеет и то, что следует дальше: лицу, выехавшему после приказа о выдворении, въезд может быть запрещён в течение пяти лет (ст. 11 ч. 1 п. 6 того же закона). Для человека, у которого в Корее остались семья, дети или бизнес, эта норма нередко весит больше, чем разница в несколько месяцев срока.
Отдельно стоит сказать об условиях отбывания. Закон обязывает начальника учреждения обеспечить надлежащее обращение с иностранными заключёнными с учётом языка и особенностей быта (ст. 54 ч. 3 Закона об исполнении наказаний), а иностранцы отнесены к категориям, для которых министр юстиции определяет специализированные учреждения (ст. 57 ч. 6). Правовая рамка, таким образом, существует; насколько она компенсирует языковую изоляцию в конкретном учреждении — вопрос практики, и именно он чаще всего становится причиной, по которой семьи начинают интересоваться передачей на родину.
Как это выглядит на практике
Пример ниже — собирательный, детали изменены и не относятся к конкретному лицу.
Гражданин одной из стран СНГ отбывал в Корее наказание по делу, где вместе с лишением свободы суд назначил взыскание в доход государства значительной суммы. Родственники, узнав о существовании механизма передачи, начали собирать документы через два года после приговора. К этому моменту выяснилось сразу несколько обстоятельств. Взыскание оставалось неисполненным — а без завершения его исполнения условие ст. 23 ч. 1 п. 4 не выполняется. Одновременно оказалось, что до истечения трети срока остаётся меньше времени, чем заняло бы согласование передачи между двумя государствами. И, наконец, никто не мог сказать заранее, как назначенное в Корее наказание будет исполняться на родине — а согласие, однажды подтверждённое, отзыву не подлежит.
Ни одна из этих трудностей не возникла из-за ошибки в тюрьме. Все они были предопределены содержанием приговора: размером срока, наличием взыскания и тем, какие обстоятельства были — или не были — исследованы судом. Вопросы, которые семья задавала на третьем году, решались на первом заседании.
Когда стоит обратиться к адвокату
Практический вывод из всего перечисленного один и он неудобный: после вступления приговора в силу пространство для манёвра узкое. И передача, и УДО опираются на параметры, которые задал суд, — срок, наличие и размер денежных взысканий, установленные обстоятельства дела. Изменить их потом невозможно; можно лишь работать в тех рамках, которые остались.
Это не значит, что после приговора делать нечего. Проверка договорных отношений с государством гражданства, оценка выполнимости условий передачи, соотнесение сроков передачи и УДО между собой, понимание последствий для статуса пребывания и повторного въезда — всё это требует анализа и делается по конкретному делу, а не по общему правилу. Но наибольший эффект имеет работа на стадии, когда решается вопрос о наказании.
Наше бюро ведёт уголовные дела иностранцев в Корее — от стадии расследования до вопросов, возникающих после приговора, включая последствия для статуса пребывания. Если приговор уже вынесен или дело близится к завершению, оценить оставшиеся возможности лучше как можно раньше. Консультация возможна на русском языке.
Консультация в WhatsApp
Написать в Telegram
См. также: Уголовная защита иностранцев в Корее · Запрет на выезд из Кореи · Условное осуждение и статус пребывания
Часто задаваемые вопросы
Может ли иностранец, осуждённый в Корее, отбывать срок на родине?
Такая возможность предусмотрена Законом о международной передаче осуждённых, но только при наличии между Кореей и государством гражданства договора или соглашения (ст. 3). Само определение «иностранца» в законе связано с гражданством государства-участника договора (ст. 2 п. 5), поэтому при отсутствии договорной связи механизм не применяется. Наличие и действие договорных отношений с конкретным государством меняется со временем и проверяется отдельно.
Какие условия нужно выполнить для передачи осуждённого из Кореи?
Статья 23 ч. 1 закона называет четыре: деяние, за которое назначено наказание в Корее, должно признаваться преступлением и по праву другого государства; приговор должен вступить в силу; осуждённый должен дать согласие; назначенные вместе с лишением свободы штраф, денежное взыскание, конфискация или взыскание в доход государства должны быть исполнены либо должно быть решено, что их исполнение не производится. Согласие подтверждается письменно, и после подтверждения оно не может быть отозвано (ст. 23 ч. 2, 3).
Передадут ли автоматически, если все условия выполнены?
Нет. Решение принимает министр юстиции и только при признании передачи необходимой с учётом безопасности и порядка в Республике Корея, общественного интереса, исправления осуждённого и лёгкости его социальной реинтеграции, возможности его повторного въезда в Корею, а также необходимости расследования или судебного разбирательства по другим делам (ст. 25 ч. 1). Незакрытые производства по другим делам являются самостоятельным препятствием.
Когда возможно условно-досрочное освобождение в Корее?
При хорошем поведении и явном раскаянии — по отбытии 20 лет при пожизненном наказании и трети назначенного срока при срочном лишении свободы (ст. 72 ч. 1 УК Кореи); назначенные штраф или денежное взыскание должны быть уплачены полностью (ст. 72 ч. 2). Это не автоматическое освобождение: вопрос рассматривает комиссия при Министерстве юстиции с учётом поведения при отбывании, риска повторного преступления, условий жизни и способности обеспечить себя после освобождения, после чего разрешение может дать министр (ст. 121, 122 Закона об исполнении наказаний). В период УДО, как правило, устанавливается надзор (ст. 73-2 ч. 2 УК).
Что происходит со статусом пребывания после освобождения?
Лицо, осуждённое к наказанию не ниже тюремного заключения и освобождённое, отнесено к числу подлежащих выдворению (ст. 46 ч. 1 п. 13 Закона об иммиграционном контроле), а администрация учреждения обязана безотлагательно уведомить иммиграционный орган о принятом решении об освобождении (ст. 84 ч. 2 п. 1). Норма сформулирована как возможность, а не как автоматическое последствие, и решение принимается с учётом обстоятельств. При этом лицу, выехавшему после приказа о выдворении, въезд может быть запрещён в течение пяти лет (ст. 11 ч. 1 п. 6).
Адвокат Ким Пхёнхо (Pyoung-ho Kim / 金平浩)
Адвокат Республики Корея; сдал государственный судебный экзамен, окончил Институт подготовки судебных работников (43-й выпуск). Лауреат премии «Выдающийся адвокат» 2021 года. С 2014 года ведёт дела в сфере гражданского, уголовного и семейного права — более 500 дел в совокупности.
Юридическое бюро Ёхэ (여해법률사무소) · Адрес: Сеул, р-н Сочхо, Попвон-ро 16, офис 406 (Сочхо-дон, здание Чонгок).
Настоящий материал носит общий информационный характер и не является юридической консультацией по конкретному делу. Содержание норм и договорные отношения между государствами могут изменяться, а правовая оценка возможна только после изучения обстоятельств вашей ситуации.
